Поиск по сайту

Наша кнопка

Счетчик посещений

33128650
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
3366
9313
57553
31011613
184373
246418

Сегодня: Сен 22, 2019




Чей Хлопуша лучше: Высоцкого или Есенина

PostDateIcon 23.05.2019 19:15  |  Печать
Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 
Просмотров: 347

Возвращение голосов Ахматовой, Гумилёва, Мандельштама, Маяковского, Волошина, Брюсова и других поэтов Серебряного века

Виктор Леонидов

ZvuchaschyПомните, когда обнародовали телезапись исполнения Высоцким роли Хлопуши в есенинском «Пугачёве», то быстро вспомнили и о том, что существует аудиоплёнка, сохранившая чтение монолога Хлопуши самим Есениным? И многие были поражены каким-то невероятным совпадением: низкий голос, исполнение, казалось бы, на последнем пределе. И уже почти никто сегодня не знает, что сохранил голос «последнего поэта деревни» великий учёный, человек поразительного мужества Сергей Игнатьевич Бернштейн. Именно он записал 11 января 1921 года чтение Есениным своих стихов на квартире Мариенгофа в Богословском переулке в Москве. Так же, как в эти и последующие годы исключительно благодаря Бернштейну, на восковых валиках были увековечены голоса Ахматовой, Гумилёва, Мандельштама, Маяковского, Волошина, Белого и многих других великих представителей русской литературы, шагнувших из эпохи Серебряного века.

Сергей Бернштейн, как и сотни тысяч интеллигентов, которым не повезло жить в роковые годы, испытал всякое. Лаборатории, созданные им, закрывали, восковые валики признанных впоследствии бесценными записей сваливали в подвалы, и он ночью пробирался туда, чтобы хоть как-то упаковать свои сокровища и не дать им погибнуть. В Петроградском университете, затем в Институте живого слова, в Государственном институте истории искусств он разрабатывал вопросы экспериментальной фонетики и теории декламации. В Ленинграде им были основаны экспериментальная отофонетическая лаборатория и Кабинет изучения художественной речи.

Впоследствии дело учёного продолжили другие «рыцари» литературной звукозаписи, фантастически преданные своему делу, — Лев Алексеевич Шилов и Виктор Дмитриевич Дувакин. Уникальная коллекция аудиоархива голосов великих деятелей русской культуры хранится теперь в Государственном музее истории российской литературы имени В.И. Даля под неусыпным присмотром Александра Рассанова. К слову, именно его статья с большим обзором этого собрания и завершает сборник. К книге приложен CD, созданный стараниями специалиста по наследию Корнея Чуковского Павла Крючкова.

А вот на этом диске впервые, как утверждают издатели, вы услышите абсолютно новые записи Валерия Брюсова, Осипа Мандельштама, Андрея Белого, Максимилиана Волошина, никогда ранее не звучавшее исполнение Александра Блока. И, конечно, ранее известные, но все равно такие редкие фонограммы Есенина, Ахматовой, Гумилёва, Пастернака, Клюева.

Но кроме диска есть ещё и сама книга — сборник статей, посвящённых описанию голоса и манеры авторского чтения великих представителей русского культурного возрождения начала ХХ века. Вы можете прочесть о том, где и как звучал глуховатый голос Александра Блока, как тщательно работал над исполнением стихов Сергей Есенин, что исполнял в жанре мелодекламации другой певец крестьянской Руси, Николай Клюев. Большой раздел отдан Николаю Гумилёву, его «высокому косноязычью». Причём поражало то, что во время исполнения поэт преодолевал свойственные ему в обычном общении дефекты речи. И к аудитории он относился как его герои — конквистадоры или капитаны — насмешливо и надменно. Николай Степанович должен был везде быть победителем.

Осип Мандельштам, напротив, сам написал о себе: «Чтобы врождённую неловкость/ Врождённым ритмом одолеть». Он не очень любил публичные выступления, и его исполнение всегда было борьбой с самим собой.

Напротив, предельно искренен Борис Пастернак. Автор статьи о его звуковом наследии и координатор всего проекта создания книги Елена Шуванникова вспоминает, как он, когда к нему приехали шведы с радиоаппаратурой, неожиданно стал делиться мыслями о поэзии Блока, и зазвучало живое слово поэта.

Анна Ахматова, как и Пастернак, дожила до времени, когда её можно было записывать, не боясь за это потерять свободу. Её записывал на фонограф и Бернштейн в 1920 году, и многие уже в относительно безопасные 60-е годы. К великому счастью, записей несравненной Анны Андреевны сохранилось достаточно.

Но и это ещё не все. Читателей ожидает большое полотно с описанием мест, где читались стихи в до- и послереволюционные годы. Здесь и арт-кафе «Х.Л.А.М» на углу Крещатика и Николаевской в Киеве, и «Подвал поэтов» в Ростове-на-Дону, и «Стойло Пегаса» на Тверской, где столько раз читал Есенин. Конечно, не забыта знаменитая «Башня» Вячеслава Иванова на Таврической, и Политехнический музей, и салон Зинаиды Гиппиус.

Это огромное, новаторское исследование.

«Независимая газета», 23.05.2019 г.

 

Добавить комментарий

Комментарии проходят предварительную модерацию и появляются на сайте не моментально, а некоторое время спустя. Поэтому не отправляйте, пожалуйста, комментарии несколько раз подряд.
Комментарии, не имеющие прямого отношения к теме статьи, содержащие оскорбительные слова, ненормативную лексику или малейший намек на разжигание социальной, религиозной или национальной розни, а также просто бессмысленные, ПУБЛИКОВАТЬСЯ НЕ БУДУТ.


Защитный код
Обновить

Яндекс цитирования
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика